Главная
Культура и искусство

Культура и искусство

Большой вклад внесли немцы в развитие искусства в нашем городе.

Прозябание харьковского театра, в начале XIX века не отличавшегося хорошим составом и репертуаром, прекратилось в 1814 году, когда его возглавил новый антрепренер, учитель танцевального искусства Иоганн Штейн. Григорий Квитка-Основьяненко отмечает: «Вот является Штейн, учитель танцевания. Из всех вольных театров он приглашает лучших актеров из Москвы, труппы Позднякова, и дает представления отличный. Выбор пьес из новейших, постановка с большим старанием, издержками, даже роскошью для провинциального театра предсказывали ему успех. А вскоре он выпрашивает мальчиков и девочек прямо из деревни и через месяц, в заключение спектакля, дает балеты своего сочинения — «Пигмалион», «Волшебная флейта» и др. Танцы были поставлены на высоком уровне, труппе насчитывала более 40 актеров, а балет состоял из 20 человек; оркестр, лучший во всех соседних губерниях, был также отличный по составу. Штейн не думал о своих выгодах, не заботился о составлении капитала, но все доходы от представлений, а также средства, взятые в долг, употреблял на развитие труппы и дальнейшие постановки пьес».

Штейн снова привлек публику в театр и в 1816 году выстроил собственный театр. Находился он на ул.Пушкинской, бывшей Немецкой, напротив драматического театра в Театральном сквере, был весьма обширен и насчитывал вместе с галереей три яруса; полный сбор превышал 1000 руб.

Штейн приглашал лучших актеров из Москвы, а выбор пьес, поставленных им, отличался новизной. Его заслугой является и то, что ему удалось привлечь в труппу известного артиста Михаила Щепкина, прослужившего в театре 5 лет. «Со временем в труппу Штейна, — говорит Г. Квитка-Основьяненко, — явился у нас в первый раз прибывший из Курска М. С. Щепкин. Его никто не наставлял и не учил: таланта, подобного Щепкину, нельзя произвести; он сам родится и часто бывает не известен своему хозяину до времени. Мы все, не видевшие далее провинциальных театров, в Щепкине начали понимать, что есть и каков должен быть актер…»

До приезда Щепкина важное место в труппе занимал Угаров, о котором сам Щепкин дает следующий отзыв: «Угаров был существо замечательное, талант огромный, выше его таланта я и теперь не вижу».

В 1817 году труппа Штейна переехала в Полтаву, где ее взял под покровительство генерал-губернатор князь Н.В.Репнин; но сборы в Полтаве были небольшими, труппа из Полтавы приезжала к Успенской ярмарке в Харьков, и, если публика поддерживала постановки, оставалась до Великого поста. За все время работы в театре Штейн так и не нажил состояния и за свое рвение служить публике чуть было не оставил после смерти долгов.

Кроме Иоганна Штейна, в Харькове работали и другие антрепренеры немецкого происхождения. С августа 1844 г. и до начала 1845 г. в городе давала представления польская труппа Вильгельма фон Шмидтгофа. У него сначала была немецкая труппа, а затем во время скитаний по Европе он подобрал себе польскую. Сам Шмидтгоф снискал популярность, играя в комедиях, водевилях и операх. В Харькове его труппа давала только оперы. Харьковская пресса хвалила Шмидтгофа за живую игру и прекрасную манеру пения.

Литератор Гребенка рассказывает о том, с каким трудом он достал себе билет, и вспоминает: «….настал вечер, театр наполнился елико возможно зрителями, осветился стеариновыми свечами, а музыка заиграла увертюру без грома, стука, треска и прочих ужасов, — но ровно, чисто и приятно». Шмидтгоф возил свой собственный оркестр, и благодаря ему в Харькове произошло «возрождение» оратории.

Большую роль в развитии музыкального образования сыграл профессор Ф.И.Шульц, преподаватель университета с 1842 года до закрытия музыкальных классов. Он играл на рояле и скрипке, участвовал в оркестре под управлением Мендельсона-Бартольди. Получил специальное музыкальное образование в Саксонии и уже известным артистом и композитором переехал в Россию. В 1851 году оркестром под его управлением были с огромным успехом исполнены классические оратории. Им изданы некоторые мелкие салонные пьесы для фортепиано, но остался неопубликованным целый ряд сочинений.

По справедливому выражению Е.К.Редина, «неутомимая деятельность Ф.И.Шульца составляет естественный переход к дальнейшему времени, когда в Харькове организовалось музыкальное общество».

Развитие в Харькове изобразительного искусства связано с немецкими именами. Первым преподавателем рисования в университете был Якоб Матес из Гамбурга, выполнивший ряд работ для университета. Ландшафтную живопись преподавал Август Шепфлинг.

Значительный вклад в становление музейного дела внес основатель университета Василий Каразин. Согласно «Предначертанию о Харьковском университете», в этом учебном заведении должны были соединиться академии различных наук и искусств, а кроме того, низшие профессиональные школы.

Особая роль отводилась художественному и эстетическому воспитанию студентов, а также подготовке специалистов в различных ремеслах и искусствах. В числе девяти факультетов свое место должно было занять и отделение изящных искусств, а при нем класс рисования. Именно для него Каразин приобрел кроме учебных пособий оборудование для гравировального дела. В Западной Европе уже в XVIII в. применялись все виды гравирования. В этой технике работали и многие русские художники. Гравирование как один из видов изящных искусств являлось единственным средством распространения копий с произведений живописи.

Для изучения западноевропейского искусства была приобретена коллекция эстампов прусского ученого Фридриха фон Аделунга, которая легла в основу университетского музея изящных искусств и древностей. Куплена она была в 1804 году на благотворительные пожертвования в Петербурге в количестве 2477 экземпляров за 5000 рублей ассигнациями. Коллекция насчитывала 1297 гравюр и 59 акварельных рисунков. Это оригиналы произведений итальянских, немецких, голландских граверов XVI столетия, а также французских и английских мастеров XVI-XVIII столетий, частично дошедшие до наших дней. Аделунг почти всю жизнь проработал в России, немало сделал в области культуры. В начале XIX столетия Аделунг знакомится с В.Каразиным и, не раздумывая, на льготных условиях продает свою коллекцию. В будущем это собрание назвали украшением музея Харьковского университета. Вклад Аделунга был оценен по достоинству: в 1809 году ему присваивают звание почетного члена совета Харьковского университета.

Особое место в экспозиции Харьковского художественного музея занимает собрание работ великого немецкого художника Альбрехта Дюрера, родом из Нюрнберга. В него входят всемирно известные гравюры на металле и дереве. Большую ценность представляют ранние гравюры на металле «Прогулка», «Четыре ведьмы», относящиеся к концу XV века. По официальной версии, эти работы также относятся к коллекции эстампов Фридриха Аделунга, приобретенной Каразиным для университетского музея. Однако существует и другая версия: работы были переданы по завещанию из частного собрания известного коллекционера Аркадия Алферова, благодаря которому в Харьков попадают 700 работ немецкого графика Иоганна Клейна. Подлинность и происхождение гравюр в Харькове остается спорным и исследуется по сей день.